Из новинок современной зарубежной прозы

  • Бойн, Джон (1971-). Лестница в небо : роман / Джон Бойн ; перевод с английского Максима Немцова. — Москва : Фантом Пресс, 2019. — 413, [2] с. ; 22 см. — Загл. ориг.: A Ladder to the Sky. — 18+. — ISBN 978-5-86471-833-9

Новая книга Джона Бойна — не только «роман с ключом», где за многими главными действующие лицами стоят реальные люди, но и психологическая драма немалой силы, в которой наглядно показано, до чего легко покорить мир, если ты готов пожертвовать собственной душой. Ведь если присмотреться, истории можно отыскать повсюду, а где истории — там и сюжеты. Что еще нужно молодому человеку, который сам словно бы сошел со страниц романа Бальзака или Форстера? Морис больше всего на свете желает стать писателем, и случайная встреча с маститым литератором, у которого в чулане хранится один довольно жуткий скелет, становится необходимым толчком для карьеры героя в современной коммерческой литературе. А дальше лестница в небо строится уже сама, и ступени ее — головы тех, по ком ступает нога нового Растиньяка. Самый личный и пронзительный роман классика современной ирландской литературы еще и острая сатира на весь нынешний литературно-издательский мир. После него ни одна книга уже не покажется вам просто книгой.

Рецензия:

О мерзкой дешёвке замолвлю словечко…

И буду краткой, ибо оправдания гнуси этой нет, сочувствия не заслуживает. А роман просто хорош.

«Отсутствие аудитории никогда не должно служить помехой настоящему художнику»
 (Джон Бойн «Лестница в небо»)

А вот Морису Свифту, главному герою романа Джона Бойна, моральному уроду и отпетому мерзавцу, только это и было нужно – аудитория. Слава, пьедестал, короткие списки премий… Одним словом, мишура и чушь. Помните, как у Пастернака: «Цель творчества – самоотдача, а не шумиха, не успех. Позорно, ничего не знача, быть притчей на устах у всех»? От себя добавлю, пусть и прозвучит резонансно (по нашим-то временам), честолюбие – скорее недостаток. Мне кажется, оно отвлекает от творчества. Впрочем, признаю, отвлекает и портит оно лишь творцов. Тех, кому Бог отмерил истинный талант. Но это, ни в коей мере, не про героя «Лестницы…»

Наш пострел ошеломительно бездарен и ничуть этой сутью не смущён. Он – графоман, вор сюжетов и мразь, у него врождённый душевный изъян – абсолютная атрофия чувств. Автор выводит на первый план его исключительные амбиции и незаурядную внешность. Красив, с подачи писателя, так, что все, от мала до велика, как мужчины, так и женщины, «падают и в штабеля укладываются». С ума сойти, никогда бы не подумала, что мужчине нужен «фасад»… Шёл бы тогда в модели.

Но нет, негодяй упрямо грезил лишь литературным олимпом, прекрасно при этом сознавая, что сказать читателям ему нечего. А зачем тогда? И на что, скажите на милость, законченному себялюбцу нужен ребёнок?? Дурь и блажь, но сомневаться не приходиться, что этот малый, с его-то извращённым упорством, залезет по лестнице в небо. И там так ничего и не поймёт. Что был не прав, я имею в виду. Ну а человеческим жизням, что послужили ступенями этой ошибке природы, просто не повезло. Крайне, скажем так, не посчастливилось повстречаться на жизненном пути с редким отморозком.

Должно быть, я выгляжу резкой и эмоциональной, однако, подозреваю, на то и был авторский прицел. К слову уж, Бойн умеет пробрать до печёнок. Удивительно, все его книги такие разные, но одинаково трогающие душу. Заставляют ли его истории, как и сегодня рассматриваемая «Лестница…», о чём-то задуматься? В общем, да. В частности, в романе вскрывается современное литературное закулисье. Предлагаю улыбнуться вот такой, например, мысли: «Штука просто в том, что обычно, когда я спрашиваю у писателей, хотят ли они услышать правду, и они отвечают, что да, на самом деле им, конечно, нужно что угодно, кроме правды. Они желают, чтобы я осыпал их похвалами и рассказывал, что им пора стряхивать со смокингов пыль для получения Нобелевской премии». Суета сует…

Или такая вот провокация: «…литература важнее человеческой жизни, поэтому чем тут беда, если несколько человек сгинуло на пути к безупречности?» Как вам? Мне показалось, что от фразы веет обобщённостью. Это сейчас не про Мориса Свифта, это вообще о сегодняшнем дне в литературно-издательской сфере. Очень и очень печально.

Зато вот этот факт неоспорим : «…жизнь гораздо шире слов и сюжетов». Действительно недюжинным даром нужно обладать, чтобы суметь чью-то человеческую жизнь уместить в рамки романа. И показать её так, чтобы верили, размышляли и чувствовали. «…писатель так работает. Пользуется своим воображением. Пытается понять, каково это быть живым в тот миг, что никогда не существовал, с тем человеком, который никогда не жил, произносить слова, которые никогда не произносились вслух». У Джона Бойна это в очередной раз получилось с блеском.

Интересная книга. Говоря о ней, позволила себе опустить все дежурные оценки композиции, стиля, увязки-развязки и прочее. Всё это лишнее, потому что всё хорошо. Поклонники писателя разочарованы не будут. А новички получат изрядную эмоциональную встряску, как минимум. Как максимум – станут поклонниками Бойна. Улыбающийся смайл.

  • Вида, Вендела. Одежда ныряльщика лежит пуста / Вендела Вида ; [перевод с английского Марии Нуянзиной]. — Москва : Эксмо, 2019. — 286 с. ; 21 см. — 16+. — ISBN 978-5-04-103555-6

Кто такая эта женщина без имени – главная героиня? Пустышка, прилетевшая понежиться под солнцем? Загнанная жертва? Преступница, скрывающаяся от закона? «Одежда ныряльщика лежит пуста» – странный роман о подмене личности, одновременно параноидальный триллер и пронзительная женская проза. Книга, как и ее героиня, примеряет одну личину за другой, меняет один костюм на другой и держит в напряжении до самого финала.

Рецензия:

Вчера больше нет. И призрачно завтра. А здесь и сейчас лишь пустая одежда…

Очень необычная история. Перевернешь последнюю страницу и спросишь себя: что ж это было? И было ли вообще? Наверняка о подобном писали, но столь пронзительно, отчаянно и безнадёжно – вряд ли. Видите ли, горе, например, переживается. Или не переживается — тогда оно убивает. А как быть с предательством?..

Главная героиня, у которой нет имени (и это, как поймёт читатель, не случайно), прибывает в Касабланку. «Никто не приезжает в Касабланку, чтобы что-то отпраздновать». И это верно, для праздника нет ни единой причины. «Первое, что нужно сделать, приехав в Касабланку, это уехать из Касабланки». А вот это не так. Точнее, случай не наш. «Вид вокруг самый плачевный: скамейки либо стоят без сидений, либо валяются на земле перевернутыми, тротуары в колдобинах. Травы нет почти, цветов – совсем. По улицам, где ты идешь, шатаются либо бездомные, либо алкаши». Так вот, эти уродливые декорации – надёжный приют для тех, кому важно не быть. Если не быть совсем, то хотя бы не быть собой.

На всём протяжении повествования поведение героини вызывает сначала недоумение, потом раздражение, а позднее догадка рождает сочувствие: да она же бежит! Не от полиции – она ничего не совершила. От себя бежит – совершено над ней. А кому случалось заниматься подобной бессмыслицей, знают, что путь этот в никуда. Это, двигаясь к себе, себя в итоге обретаешь, но не наоборот, увы.

Но как быть героине? «Он обращается к тебе: « (…) мы возвращаемся к тому, что было раньше». «Возвращаемся к тому, что было раньше», — думаешь ты про себя. Ты уверена, что в своей собственной жизни никогда не выберешь такой путь». Потому что боль от предательства самых близких столь велика, что никакого прошлого больше не существует. Это не я столь слепа, столь доверчива, столь наивна, не я, не я, не я… А кто же? Кто угодно другой. Ты, например.

Рассказ ведётся от второго лица. Редко такое встретишь. Но в данном контексте приём явно не случаен. Говоря «ты» вместо «я», героиня как будто стремится умалить собственный трагичный опыт, разделяя его с собеседницей (читательницей). Она отождествляет себя с кем-то ещё, чтоб её боль не была чрезмерно концентрированной, чтобы ей было позволено бежать дальше. Как можно дальше. И одному Богу известно, когда будет финиш, где, каким и случится ли он в принципе. Потому что сегодня личности нет, одна лишь смена нарядов на пустой оболочке…

И всё же почему не поверить в возможную перезагрузку? Причём полную? Ни денег, ни кредитных карт, ни документов. Багажа уже тоже нет. Нет даже тонального крема и собственной одежды. А ведь все дороги ведут куда-то, и не обязательно – в тупик…

  • Вуд, Бенджамин (1981-). Станция на пути туда, где лучше : роман / Б. Вуд ; пер с англ. М. Извековой. — Москва : Фантом Пресс, 2020. — 368 с. ; 21 см. — На пер.: Содержит нецензурную брань. — 18+. — ISBN 978-5-86471-841-4

Двадцать лет Дэниэл пытается преодолеть последствия детской психологической травмы. Он не в силах забыть то, что случилось, когда ему было двенадцать. Единственный путь — попытаться понять, что же тогда произошло, разобраться с прошлым и наконец принять его. Но события, происшедшие в августе 1995 года, слишком поразительны, ужасны и необъяснимы…

Однажды утром за Даниэлом заезжает его отец Фрэнсис, чтобы провести с ним вместе пару дней и показать ему киностудию, на которой он работает. Но поездка с первых же часов пошла не так, а к вечеру путешествие, призванное сблизить отца и сына, превратилось в кошмар, словно выдуманный Стивеном Кингом, вот только разворачивается он в реальности. Невероятная, почти сюрреалистическая трагедия, случившаяся в те теплые августовские дни, станет преследовать Дэна всю жизнь.

Динамичный, трогательный, пугающий роман о том, что сегодня волнует многих — о том, как травмы детства определяют нашу жизнь, о тесном сплетении любви и насилия. Роман Бенджамина Вуда тревожен, элегантен и очень красив. Он соткан из искрящего электричеством напряжения, погружений в искаженное сознание взрослого и света надежды, что живет в душе ребенка.

  • Грэм, Маргарет. Война. Истерли Холл : [роман] / Маргарет Грэм ; [перевод с английского Т. Масленниковой]. — Москва : Эксмо, 2020. — 413, [1] с. ; 21 см. — (Сага. Романы о судьбах). — 16+. — ISBN 978-5-04-111711-5

История борьбы, мечты, любви и семьи одной женщины на фоне жесткой классовой вражды и трагедии двух Мировых войн… Казалось, что размеренная жизнь обитателей Истерли Холла будет идти своим чередом на протяжении долгих лет. Внутренние механизмы дома работали как часы, пока не вмешалась война. Кухарка Эви Форбс проводит дни в ожидании писем с Западного фронта, где сражаются ее жених и ее брат. Усадьбу превратили в военный госпиталь, и несмотря на скудость средств и перебои с поставкой продуктов, девушка исполнена решимости предоставить уход и пропитание всем нуждающимся. Пока не оправдываются худшие ее ожидания – очередная телеграмма…

  • Грэм, Маргарет. Истерли-Холл / Маргарет Грэм ; пер. с англ. Е. Богдановой. — Москва : Эксмо, 2020. — 477, [1] с. ; 20 см. — (Сага. Романы о судьбах). — 16+. — ISBN 978-5-04-101979-2

Эви Форбс предана своей семье. Все мужчины в ней — шахтеры. Она с детства привыкла видеть страдания людей рабочего поселка: несчастные случаи и гибель близких, жестокость и несправедливость начальников. Она чувствует себя спасительницей семьи, когда устраивается работать в Истерли-Холл — поместье лорда Брамптона, хозяина шахт.

В господском доме Эви сразу же сталкивается с пренебрежением и тиранией хозяев, ленью, предательством и наглостью других слуг. Однако с помощью друзей, любви и собственного таланта она смело идет вперед, к своей цели — выйти «из-под лестницы».

Но в жизнь вмешивается война. Все уходят на фронт. Жизнь превращается в бесконечное ожидание роковых писем о судьбе родных. Все, что остается делать представителям обоих классов, — ждать Рождества, когда их мужчины вернутся…

  • Даути, Луиза. Яблоневый дворик : пер. с англ. / Луиза Даути ; пер. Е. Валкина . – Москва : Синдбад, 2019 . – 477 с. ; 20 см . — 16+ . — ISBN 978-5-00131-027-3 (пер.)

Роман зрелой уравновешенной замужней женщины с загадочным незнакомцем, начавшийся в результате случайной встречи, приводит их обоих на скамью подсудимых по обвинению в убийстве. Как это могло произойти с Ивонн Кармайкл, известным ученым и матерью двух детей?

«Это история о том, как мы создаем себе иллюзорные представления о незнакомых людях, а затем упорно следуем этим представлениям, игнорируя реальные обстоятельства».Independent.

Рецензия:

Встать! Суд идет…

Ох, не судите, да и не судимы будете… Однако история Ивонн Кармайкл начинается в прологе, где читателю показывается, что женщина эта в чём-то виновна и ожидает наказания. В суде стартует драма и здесь же она будет закрыта в последней главе. А всё, что между началом и финалом, наглядно демонстрирует тот факт, что женщина повинна хотя бы уже в том, что она – женщина: позволила себе непозволительное, хотела немного драйва, глубоко переживала насилие, доверилась ненадёжному.

К слову сказать, судебное разбирательство в книге – самое слабое её место. Неоднородное, нелогичное, однобокое, скомканное. Не говоря уж о том, что неправдоподобное. Это как если бы Раскольников пошёл к старухе-процентщице с топором, но каторгу ему «впаяли» бы за непредумышленное убийство… В общем, процесс – полная несуразица, и это странно, ведь по уверению писательницы, у неё были профессиональные консультанты в этом вопросе… Одно радует, эта финальная процедура не слишком затянута.

Сама же история попавшей в беду женщины, если и имеет некоторые огрехи при построении причинно-следственных связей, всё равно жизнеспособна вполне. Да, друзья, так бывает. И страсть накрывает с головой, даже если тело ваше уже не упруго, и влюбиться в 52 так же легко, как и в 20 (если, конечно, вам в принципе от Бога дана способность любить), и поглупеть стремительно может не только какая-нибудь малограмотная особа, но и учёный с мировым именем. И да – тогда будут эти наивные дневники как у девочки-подростка, и будете вы своего героя «лепить из того, что было», предпочитая не замечать недостатков, и даже, напротив, идеализируя их. И разгуливать по улицам в сапогах (осень же!), но в стрингах будете тоже. А ещё, и не завидуйте, у вас вспыхнут глаза, посвежеет цвет лица, и вы неизбежно перестанете быть невидимкой для лиц противоположного пола. А вот это последнее обстоятельство уже по-настоящему опасно…    

Ивонн – прекрасная женщина, либо просто Женщина. На её месте, именно на этом основании, могла оказаться любая из нас, если б карта так легла. Мы все не так умны и высокоморальны, как о себе думаем. Просто, знаете ли, до поры до времени шанс не выпадал себя протестировать. Так что повезло просто, что миновало. Иначе, и глазом моргнуть не успели бы, а уже надо вытаскивать свою жизнь из руин.

А было всё совсем не скверно. Стабильный брак с утихшими страстями, взрослые дети, научная карьера, достаток. А потом появляется ОН, и начинается морок, который всё сгущается и сгущается, пока не рассеян будет предательством, малодушным, лишним и бессмысленным, того, кто показал тебе Яблоневый дворик однажды.

Позже, с самого начала повествования сомневаться в этом не приходится, придут счета для оплаты. Адюльтер – это плохо, мораль тут однозначна. Не новая мысль также о том, что жертва изнасилования сама виновата. То есть мы-то понимаем, что это не так, но обществу, даже просвещённому английскому, виднее. Эх, Ивонн, ты так права в своём заключении: «Беда в том, что с точки зрения других людей мы – не более чем сумма наших поступков. Наше представление о себе может сильно отличаться от представления окружающих. Даже самые близкие не способны влезть в чужую шкуру. Я видела в глазах присяжных свое отражение – уродливое, искаженное в кривом зеркале до неузнаваемости. Тридцатилетний стаж научной работы и репутация образцовой матери не стоили ровным счетом ничего по сравнению с одним перепихом в дверном проеме»…
 

Но, собственно, это и всё, чему в романе веришь. Хорошо, что это и есть основа, центр всей драмы. На полях же — множество мелочей, про которые известный классик сказал бы: не верю. Многие из этих спорных моментов относятся к Марку, тайной страсти и погибели несчастной женщины. Возможно, дело в том, что его образ нарочито не выведен автором, всё только со слов и ощущений её героини. Складывается впечатление, что личность этого мистера Икса не существенна, потому что у прохвоста может быть любая биография. Пусть так.

Прекратим придираться, Луиза Даути решила именно так – да будет так. Даже если не веришь и восклицаешь: «Так не бывает, где тут логика?!» Всё ж таки ей удалась её героиня на славу, и это главное. А ещё роман грамотно структурирован: герои вводятся постепенно и раскрываются плавно. Интересно подана сама история — в виде внутреннего диалога героини со своим любимым. Это придаёт особый шарм и сообщает какую-то щемящую душевность рассказу о роковой случайности, мимолётном легкомыслии серьёзной дамы, приведшим к трагедии…

Эта книга – исключительно женское чтение. Не для того, чтобы отдохнуть и не для того, чтоб испугаться. Тогда зачем? Быть может, для того, чтобы заглянуть в себя. И не судите, никогда не судите. Потому что, повторюсь, на месте Ивонн может оказаться однажды любая из нас.

  • Дин, Эмили. Все умерли и я завела собаку / Эмили Дин ; перевод с английского Т. О. Новиковой. — Москва : Эксмо, 2020. —  315, [3] с. ; 21 см. — Загл. и авт. ориг.: Everyone Died, So I Got a Dog / Emily Dean. -На пер.: Для фанатов ‘Замка из стекла’. — 16+. — ISBN 978-5-04-108102-7

Эмили и Рэйчел с самого детства росли в безумной семье: горы неоплаченных счетов, богемные вечеринки их родителей, знакомые из мира шоу-бизнеса. В таком жизненном хаосе никогда не было места для собаки, которую так хотела Эмили. И даже когда сестры вырастают, собака все так же остается недостижимой мечтой. Жизнь подводит Эмили к тяжелейшему испытанию: у Рэйчел диагностируют рак. За три года умирает вся ее семья: не только сестра, но и оба родителя.

Это забавная и одновременно душераздирающая история о том, что каждый может преодолеть самое худшее, что случилось с тобой в жизни, что подходящее время для того, чтобы начать жить, — это всегда «сегодня». И что всегда можно начать жизнь заново вместе с очаровательным ши-тцу по кличке Рэймонд.

Рецензия:

О потерях, поисках себя и возрождении.

«Никто не предупреждает, что горе – это не просто рыдания друг у друга на плече. Кажется, что ты поднимаешь огромный камень и не можешь его удержать» (Эмили Дин «Все умерли, и я завела собаку»)

Из названия книги очевидно, что поведает она об утратах и об обретении друга – собаки. Как можно предположить далее, именно собака станет лучшим средством для врачевания горя. Неплохой выбор, надо сказать. Да что там, один из лучших!

К счастью, автобиографическое повествование, которое ведёт Эмили Дин, состоит не из описания одного только постигшего главную героиню горя, начинает автор очень издалека, с самого детства. Любой читатель сразу имеет возможность оценить чувство юмора писательницы, а некоторые даже — проникнуться экзистенциальной проблемой.

Если в двух словах, то метания взрослой уже Эмили происходили из того, что она не сумела в подростковом возрасте адекватно воспринять развод родителей. Сестра, более цельная и гармоничная от природы, сумела, но не Эмили. Младшая из сестёр потащила за собой сквозь десятилетия обронённую отцом фразу о том, что он вообще не хотел детей и оказавшееся невыносимым сознание того, что папа – не семейный человек по натуре («Семья, как говорил папа, «это слепая преданность тем, чьи гены ты унаследовал»: пустая, сентиментальная концепция»). В итоге, 40-летняя женщина, так и не пережившая в себе девочку, вешает себе табличку «не достойна любви»: «Прежде я никогда не понимала, как любовь может сосуществовать с недостатками. Я начала считать, что чувство неуверенности или потребность в поддержке делает человека недостойным любви. И динамика моей жизни была такой, что это мнение постоянно подкреплялось. Мне казалось, что я не должна озвучивать свои сомнения, страхи и гнев – иначе мне скажут: «Да ты с ума сошла, подруга!», и я лишусь любви. Эта психологическая пуля рикошетом ударит по мне самой. Я не понимала, что выражать такие чувства совершенно нормально и правильно. А вот неспособность их выразить – это проблема, которую нельзя игнорировать. Я не знала, что можно найти способ сделать это спокойно и прямо, не вываливая на пол весь свой багаж, я не знала, что можно принять свои детские чувства, но не нужно считать их выбитыми в камне и не поддающимися изменению. Я не знала, что можно понимать недостатки родителей – и продолжать любить их, не считая это своей слабостью». 

В результате, у Эм то единственное, о чём мечталось с детства, не сложилось. Даже собаку, грёзы о которой как о символе нормальной семьи, не оставляли на протяжении многих лет, всё никак не случалось завести («Подходящий момент обладает одним странным качеством – он никогда не наступает»). Всё это очень печально, однако не оставляло ощущение, что у бедной Эмили страшная мешанина в голове. Если б не информация об автобиографичности истории, вообще б можно было говорить об искусственной сложности. Вот, например, такое: «Я не понимала, что можно быть сильной, признаваясь в том, что иногда тебе страшно. Можно быть феминисткой и хозяйкой собственной жизни – и при этом быть доброй. А прощение – вовсе не признак слабости. И границы можно ставить, не становясь грубой и жестокой. Можно любить людей за их несовершенство. Можно смеяться, не становясь злой. Можно просто быть собой». Не хочу показаться глухой, но я не вижу в открытиях героини никаких откровений и даже просто противоречий. Как уход отца из семьи мог до такой степени дезориентировать девочку? Да ещё столь надолго?..

А вот это вообще о чём: «Человеческая доброта меня поразила. Я поняла, что можно посвятить свою жизнь стремлению знать все ответы, выглядеть стильно, быть веселой и остроумной. Можно ставить ум выше честности. Можно быть смелым и упрямым, а не разбитым и запуганным. Но с другими людьми соединить тебя по-настоящему может только истина»?.. Одним словом, отрадно, что Эмили, пусть и ценой чудовищных потерь, удалось разобраться с собой. И пусть отныне чудесный маленький пёсик Реймонд станет ей надежным спутником.

Естественно, главы, посвящённые болезням, борьбе с ними, смертям, похоронам, поминкам и дальнейшему сосуществованию рядом с дырой, образовавшейся в жизни, были особенно тяжелы. «Горе может загородить собой свет так прочно, что человек привыкает к его знакомому мраку. И, чтобы этого не произошло, нужно поддерживать рутину повседневной жизни». И Эмили, да не судимы люди в горе, поддерживала как умела. Она прибегла к помощи психоаналитика, и выкарабкалась! Очевидно, что отечественный читатель, в основной своей массе, выбрал бы иной способ, подобный, в целом, тому, какой предпочитала бабушка героини: «Бабушка выросла в те времена, когда личные травмы лечили очень просто: «Налей себе выпить, накрась губы и соберись». Тут уж вопрос привычки, доверия либо, прозаичнее всего, финансовых возможностей…

Считаю плюсом истории о потерях и последующем обретении себя её абсолютную искренность и безыскусность. Пишешь так и то, как и что действительно чувствуешь, и абсолютно не важно, как тебя поймут. Кто-то придерётся и шмыгнёт носом недоверчиво – такой пусть следует мимо, а иной переживёт вместе, перечувствует, расплачется и улыбнётся в финале – ему роман ляжет так, как задумывала автор. Этим последним, возможно, даже покажется, что настало время завести, наконец, собаку! И они будут тысячу раз правы…

  • Коу, Джонатан (1961). Срединная Англия : [роман] / Джонатан Коу ; перевод с английского Шаши Мартыновой. — Москва : Фантом Пресс, 2019. — 542, [1] с. ; 22 см. — Номинант литературной премии «Ясная Поляна» 2019 года. — 18+. — ISBN  978-5-86471-808-7

И вновь Джонатану Коу удался этот непростой писательский трюк — одарить нас глубоко британским романом, где живое целое составляют сверхактуальный и очень честный взгляд на общественный ландшафт нашего времени, подробное человечное наблюдение за трагикомедией жизни в 2010-е, ностальгия, особый, задумчивый уют и непременная ирония, столь дорогая нам в книгах Коу.

“Срединная Англия” — это путешествие по лабиринту обыденных странностей, которыми все больше наполняется жизнь. Это история сражения обыкновенного человека с надвигающимся со всех сторон хаосом — и оружием, казалось бы, в заранее проигранной битве является человеческое тепло и близость: вроде мрак сгустился и Средиземье вот-вот сгинет навсегда, но можно просто посмотреть в глаза другого человека — и морок вдруг развеется.

  • Куинн, Кейт. Сеть Алисы : роман / Кейт Куинн ; перевод с английского Александра Сафронова. — Москва : Фантом Пресс, 2020. — 446, [1] с. ; 21 см. — 18+. — ISBN 978-5-86471-834-6

1947-й. Чарли Сент-Клер, выдворенная семьей из родной Америки за проступок, граничащий с преступлением против приличий, прибывает в Европу, надеясь разыскать свою кузину, пропавшую во Франции во время немецкой оккупации.

1915-й. Юная Эва Гардинер рвется воевать с немцами, и неожиданно такой шанс ей выпадает. Разведывательное управление предлагает Эве стать агентом на французской территории, занятой бошами. Опекать ее будет знаменитая Алиса, королева шпионов, управляющая разведывательной сетью прямо под носом у немцев.

Тридцать лет спустя Эва, придавленная гнетом вины за предательство, погубившее Сеть Алисы, проводит свои дни в полуразрушенном лондонском доме, пытаясь заглушить отчаяние и боль спиртным. Но однажды ее уединение нарушает незнакомая девушка и произносит имя, которое Эва не слышала уже много лет. И с этой минуты бывшая шпионка и бывшая студентка начинают поиски, которые заведут их слишком далеко.

В основе романа лежит подлинная история знаменитой Сети Алисы, самой эффективной разведывательной организации, действовавшей на территории Франции во время Первой мировой войны.

  • Кэмерон, Брюс (1960-). Жизнь и цель собаки / Брюс Кэмерон ; пер. с англ. А. Андреева. — Москва : Эксмо, 2017. — 347 с. ; 20 см. — (Книга, покорившая мир). — 16+. — ISBN 978-5-699-96714-8 нет в фонде

Увлекательная, веселая и трогательная книга о жизни собаки, а еще — о человеческих взаимоотношениях и неразрывных связях между хозяином и его четвероногим другом, о том, что любовь никогда не умирает, что наши истинные друзья всегда рядом и у всех нас есть свое предназначение.

Главный герой этой книги — собака, которая, всякий раз рождаясь заново, обретает счастье в служении человеку: самоотверженной Сеньоре, одинокому мальчику Итану, потерявшей веру Майе или трогательной Венди. Брюс Кэмерон убеждает нас в том, что собаки способны на такие чувства, которые доступны далеко не каждому человеку. Чтобы доказать это, иногда собаке приходится побывать в разных шкурах, храбро встречать все невзгоды и, главное, никогда не терять из виду своего хозяина. Даже если их разделяют несколько жизней.

  • Кэмерон, Брюс (1960-). Путешествие хорошего пса : [роман] / Брюс эмерон ; [пер. с англ. О. Анищенко]. — Москва : Эксмо, 2019. — 378, [1] с. ; 20 см. — (Тот, кто не предаст. Люди и их питомцы). — 16+. — ISBN 978-5-699-85985-6

История о надежде, любви и бесконечной преданности собаки. Малыш – очаровательный и добрый пес. Он прожил насыщенную событиями жизнь и выполнил свое предназначение – помог Итану, своему хозяину, стать счастливым… И теперь, когда хозяина больше нет, Малыш очень скучает. Но Клэрити, внучка Итана, не дает ему унывать. Когда она вырастет, ей тоже понадобится друг, который будет защищать ее от неприятностей. Почему бы Малышу не стать таким другом? Судьба дарит храброму псу новый шанс и новую жизнь, ведь его предназначение – служить людям, помогать им справляться с невзгодами

  • Кэмерон, Брюс (1960-). Хозяин собаки : [роман] / Брюс Кэмерон ; [пер. с англ. Я. Красовской]. — Москва : Эксмо, 2019. — 474, [1] с. ; 19 см. — (Тот, кто не предаст. Люди и их питомцы). — 16+. — ISBN 978-5-699-93501-7

Автор  замахнулся на поистине сложную вещь — показать процесс одомашнивания волка. И ему, надо признать, это удалось: книга «Хозяин собаки» способна не только поразить воображение, но и тронуть душу. Эпоха палеолита — страшное и жестокое время, и Мор, изгнанный из сурового племени охотников, знает об этом не понаслышке. Он с трудом находит убежище, чтобы согреться и выжить, и обнаруживает в нем раненую волчицу с волчатами. Так у человека, обреченного на смерть, появляется друг — собака. Теперь Мору предстоит обучить ее премудростям охоты. А тем временем старое племя идет по его следу, а значит, он и его собака в опасности.

  • О’Фаррелл, Мэгги (1972). Исчезновение Эсме Леннокс / Мэгги О`Фаррелл ; [перевод с английского В. Гордиенко]. — Москва : Эксмо, 2019. — 221, [1] с. ; 21 см. — (Истории о нас). — 16+. — ISBN 978-5-04-101948-8

Эсме Леннокс осталась наедине со своими воспоминаниями о юности, о старшей сестре Китти и брате, который, как она утверждает, погиб у нее на руках. Все эти события оживают в ее сознании так, будто произошли вчера. Китти тоже думает об Эсме. Но ее воспоминания бессвязны. Это причудливая мозаика, детали которой не всегда сходны с тем, что рассказывает сестра. Айрис, хозяйка магазина подержанной одежды, узнает, что она опекун Эсме, с которой у нее никогда не было ничего общего. Но именно от Эсме Айрис узнает шокирующие подробности своего детства и восстанавливает непростую историю своей семьи.

Рецензия:

Она поспешила родиться…

Люди, опередившее время, в котором им выпало жить, либо безнадёжно от него отставшие, безусловно, есть. Быть может, их не так много, но от этого каждая личная трагедия не умаляется. Называть это явление можно ошибкой, насмешкой судьбы, драмой… Да, пожалуй, именно так – драмой. Чтобы откорректировать порушенный баланс, этим людям лучше всего попросту исчезнуть.

Бывает также, что сами заложники «преждевременности» (или опоздания) с собой даже и не успевают ещё толком разобраться, чтоб принять трудное решение – не быть, тогда им в этом весьма охотно и с огоньком помогают близкие. Так и произошло с Эсме Леннокс, главной героиней книги британки Мэгги О`Фаррелл.

Беда яркой и умной, живой и непосредственной девушки, пришедшей в мир лет на …дцать раньше, чем ей бы следовало для того, чтоб встретить счастливую участь, усугубилась ещё и на редкость глухими, бесчувственными, «неживыми» родственниками. Представляете, после содеянного они неплохо себе продолжали жить, вкусно есть, сладко спать, не чувствуя греха: подумаешь, линчевали белую ворону…

Эсме не прожила жизнь, она пробыла, и, конечно, жизнью то не назвать. Наверное, можно допустить, что ей захотелось бы отомстить… Но зачем? Ведь та, что «дождалась» освобождения жертвы косности и ханжества, уже наказана и без того, да и счастлива не была никогда… Однако автору виднее: решила, что нужно так, значит, так тому и быть.

Роман, очень скромный по объёму и не изобилующий смыслами, важно не прочитать, а именно «прожить»: ужасаться, негодовать, ненавидеть, сопереживать, не верить и надеяться. Потому что при подходе с позиций разума вся конструкция О`Фаррелл грозит рассыпаться за недостоверностью хотя бы: драма случилась в 30-е годы прошлого века в просвещённой Англии. Прошлого века, 20-го то есть, не 19-го же… Выход у чудачки-Эсме точно нашёлся бы, она не успела просто, её «исчезли» на взлёте.

Повествование ведётся от трёх разных рассказчиц, пожалуй, это плюс, который добавляет интриги тому, что угадывалось ещё с первой четверти книги. О языке и стиле особо сказать нечего, не завораживает и не ослепляет, но не мешает и не раздражает. Одним словом, тональность использована писательницей удачная для темы.

А в завершении всё-таки хочется вернуться к началу и пожелать главной героине: милая Эсме, ты фатально поторопилась явиться в этот мир, ты пала жертвой убогих условностей и бездушия близких, но эстафету бесстрашия, свободомыслия и искренности в совокупности с талантом, верностью себе и добротой подхватила и не упустит твоя внучка. Поэтому всё было не зря.

  • Перрен, Валери. Поменяй воду цветам = Changer l’eau des fleurs / Валери Перрен ; перевод с французского Е. Клоковой. — Москва : Эксмо, 2020. — 446, [1] с. ; 21 см. — 16+. — ISBN 978-5-04-105396-3

Виолетта Туссен решается на то, что в прошлой жизни показалось бы ей самой абсурдным: соглашается на должность смотрительницы кладбища. Мало-помалу она знакомится с завсегдатаями этого необычного места, которые не прочь зайти к ней погреться в промозглый день, выпить чашку кофе и поговорить о том о сем. Здесь никто не притворяется, здесь все как в жизни: смех и слезы всегда рядом, а бытие кажется скоротечным. Как ни странно, в этом невеселом месте Виолетта понимает: любовь к жизни и людям спасает от всего, в том числе от грусти и страха. И именно здесь осознаешь: все быстротечно и не стоит отказываться от самых необычных, смелых, даже сумасбродных поступков.

Рецензия:

Приют всех скорбящих.

«Время расплетает печаль, как косу, какой бы длинной она ни была…» (В. Перрен «Поменяй воду цветам»)

История, рассказанная французской писательницей, понравится в том случае, если прочитана будет вами в нужном настроении, ибо она дождливо-осенняя, увядающая, но… с надеждой на неизбежно грядущую весну! В своё время…

Вы будете по-настоящему очарованы ею, если, к примеру, солидарны с мнением о том, что «скука рождается в пустой душе»…

Вы также положительно оцените роман, если вы не ханжа, если вам не свойственно судить о других по себе или вы не понаслышке знакомы с одиночеством…

Вы полюбите книгу, если переживали утрату, ведь именно при этом условии согласитесь с тем, что «минус один человек – и мир обезлюдел»…

Вы абсолютно точно не зря потратите время, если, подобно автору, уверены, что «губит жизнь, сотканная из упреков и неудач», а отнюдь не следствие этого – подорванное здоровье…

И, наконец, вы приятно проведёте несколько вечеров в компании с этой грустной, но окрашенной тихим светом повестью, если являетесь женщиной, и возраст ваш оценивается как не сильно юный, всё-таки же опыт (он же мудрость) необходим…

Ах, да, чуть не забыла главное! «Поменяй воду цветам» — ваша книга, если вы любили. Да, так просто. Потому что, как ни крути, но главным образом, роман об этом.

Валери Перрен, на самом деле, рассказывает не одну историю, а несколько разных: где-то странных, местами шокирующих, иногда излишне сентиментальных, а, бывает, что и не вполне правдоподобных с точки зрения, скажем, психологии. Но, повторюсь, всё простительно, важно погрузиться в атмосферу, и тогда то, что однозначно хорошо, перевесит имеющиеся огрехи. Мысли высказаны как вечные, так и свежие, эмоциональный подтекст очень силён, способ подачи весьма не банален и отличается, я бы сказала, изяществом. Этакий французский шарм создаётся из мелких деталей, что выделяет произведение из ряда подобных.

Вот только боюсь, что подобных набралось бы все равно не много. Книга получилась у автора больше, чем любовный роман, меньше, чем детектив, тише, чем драма. Всего коснулась Валери Перрен, чёрным юморком приправила, разбросала, то тут, то там, по щепотке пикантностей и поместила на кладбище. Необычно. И, в принципе, оправданно. Ведь где ещё найти приют истерзанной страданием душе, пусть и живой ещё пока?..

Виолетта долгие годы сражалась с горем, учась жить без смысла, без части себя. Читатель имеет возможность буквально ощущать, что ещё чуть-чуть, и эта хрупкая женщина растворится в тоске безвозвратно. Но вот это место, с тихими соседями и чудесным садом, который она возделывала круглогодично, оказывается той самой спасительной обителью, посланной врачевать печаль день за днём. Сирота, с детства мечтавшая о семье, и получившая сначала её бледную иллюзию, а позднее потерявшую всё вообще, обретает себя по маленькому кусочку в новом служении. Безграничная и неутихающая скорбь отступает. Героиня вольна отныне принять частичку счастья, что посылает судьба столь поздно. Но, к счастью, не непоправимо поздно.

И завтра наступает новый день для Виолетты, ведь она расплела свою печаль, как косу, до конца.

  • Перри, Сара (1979-). Мельмот : роман / Сара Перри ; перевод с английского Анны Гайденко. — Москва : Фантом Пресс, 2020. — 381, [2] с. ; 21 см. — 16+. — ISBN 978-5-86471-848-3

Хелен Франклин, неприметная англичанка, живет в Праге, зарабатывает на жизнь переводами и вот уже двадцать лет хранит какую-то страшную тайну. Ее секрету, казалось бы, суждено остаться в прошлом, но все меняется, когда через Карела, одного из ее немногочисленных друзей, в руки Хелен попадает странная исповедь. Впервые прочитав историю о Мельмот Свидетельнице — пугающей фигуре из старинных легенд, обреченной вечно скитаться по земле и наблюдать за людскими прегрешениями, — Хелен убеждена, что это просто сказка. Но Карел внезапно исчезает, а сама Хелен обнаруживает, что ее кто-то преследует, и вот тогда-то существование Мельмот начинает казаться ей не таким уж и невероятным.

Знаменитая легенда о Мельмоте не одно столетие будоражит фантазию и читателей, и писателей. Многие поколения зачитывались классическим романом Чарлза Метьюрина «Мельмот-Скиталец», и вот новая версия великой истории, да еще в исполнении одной из лучших английских писательниц.

Рецензия:

О виноватых и проклятых.

Мельмот не существует, никто за нами не наблюдает, мы совершенно одни. А раз мы одни, нам самим нужно взять на себя роль Мельмот: видеть то, что необходимо видеть, и становится свидетелями тому, чего нельзя забывать. (С. Перри «Мельмот»)

Роман занятный, хотя разношерстный и неоднородный по наполнению. В центре повествования – легенда о Мельмот-Свидетельнице, проклятом призраке, скитающемся по свету и наблюдающем за людскими злодеяниями. «Она изгнанница, совершившая преступление, которое невозможно искупить, и теперь смиренно отбывает пожизненное наказание – сама себе присяжный и судья». Мельмот наказана одиночеством и выискивает себе в спутники таких же одиноких и беспросветно виноватых. С переменным успехом ей это удаётся. Впрочем, редко. Большинство грешников отказывались составить ей компанию. Дело в том, что она не дарует прощения, а большинство кающихся всё-таки нуждаются именно в нём.

В целом, можно сказать, история об искуплении вины через страдание. И о праве на надежду. Однако, не всякая вина искупима. Хорошо, если есть кому простить виновного, а если нет?..

42-летняя англичанка Хелен Франклин проживает в Праге. О ней нам известно, что вся жизнь её разбита на 2 половинки: до греха и после. Собственно, после – не жизнь, а самобичевание за содеянное. Мельмот-Свидетельница преследует несчастную, доводя практически до сумасшествия. Это основная сюжетная линия.

Но внутри неё есть ещё несколько, причём очень разных, отсылающих в различные исторические периоды. Мельмот наблюдала за подростком, из-за гадостности своей натуры ставшим виновником гибели еврейской семьи во время Второй мировой войны… Мельмот ещё в 16 веке наблюдала за притеснением протестантов и даже расправами над ними со стороны католиков… Мельмот наблюдала за геноцидом армян в Турции в начале 20 столетия… Понаблюдала также 2 десятилетия назад за главной героиней и её возлюбленным… Да и в настоящем тоже последила за окружением Хелен… Ну что ж, сюжет как сюжет.

Стоит, наверное, сказать о характерах. Это важно и действительно выписаны они автором чётко и образно. Все действующие лица живые и предельно достоверные. Хеффнер (тот «гадостный» подросток, помянутый выше) родился нравственным уродом. Скажете, не бывает? Да нет, отрадно, что не часто, но бывает. Юная Алиса Бенет (страдалица за веру) имела стержень, но не получила достойной судьбы. Безымянный и его брат (геноцид армян) – образцы нераздумывающих служителей системе, палачи с пером в руках. Карел (друг главной героини, учёный, возлюбленный Теи, о которой ниже) мелок, он — слабак, не выдержавший испытания, непростого, конечно, но и не столь редкого или невыносимого. А вот Тея, напротив, очень сильная. Такая понятная, особенно в наши дни, когда часто звучит: женщина, сделавшая себя сама. Старая Альбина не злая, но бесцеремонная и неприятная. Есть ещё Арнел… Героизировать его не хотелось бы, но из песни слова не выкинешь. Но даже и такой его лик всё равно читается очень реальным. Они есть. Есть эти просто очень хорошие люди, любящие и ничего не требующие взамен. И, наконец, Хелен. Всегда серенькая, но не без способностей, потому с амбициями. Обретя любовь, немного поднялась, жаль ненадолго. Затем пришлось ей стать уже просто серее серого. Не симпатичная, но это не мешает абсолютно. Как только Перри удалось изобразить вот это вопиюще среднее?..

Невозможно не коснуться языка и атмосферы. Именно вместе, потому что как раз язык причудливым образом ткёт атмосферу. Иллюстрация. Хелен идет по зимней улице, чувствует преследование, ускоряется, бежит, толпа, странные взгляды прохожих, крики, падение, «вваливание» в храм, разбитая коленка, снова взгляды и… Где-то на середине пути читатель ловит себя на том, что бежит в истерике вместе с героиней. Как добиться такого эффекта, если не с помощью языка?.. В целом, читается очень легко (заслуга ли то прекрасного перевода?), поэтичными оборотами любуешься и восхищаешься.

Старая Прага, в которой, как мы помним, развивается основная сюжетная линия, чарующа и устрашающа одновременно. Холодно, снежно, темно. А если ещё добавить готики? Вот уж да, страху нагнала писательница. Женщина в черном, высылающая вперед себя голубоглазых галок, старуха в белом, выпадение периодическое в иную реальность, которую, кроме пары «Мельмот-жертва» никто не замечает…

Если подытожить, в книге чего только нет. Про вину, искупление и прощение уже говорила. Но ведь где любовь, там и ненависть, где дружба, там и предательство, где отчаяние, там и надежда. Да много всего. Интересно однозначно, если и не ново. На протяжении всего повествования ощущается падение в бездну. И уже практически готов достигнуть дна – но нет. В финале, немного поспешном и смазанном, побеждает надежда. И очень хорошо.

В каком-то смысле урок, усвоенный (выстраданный) героиней, — напутствие всем нам. Да не нужны мы никому, наблюдать ещё за нами. Но из этого вовсе не следует, что собственные презренность или низость удастся «замять». Нет, не получится, перед самим собой так уж точно. Отсюда вывод: следи за собой сам, предельно внимательно следи. Будь готов ответить за каждый нелицеприятный (и уж тем паче преступный) поступок, ибо возмездие неизбежно. И оно, кстати, внутри нас самих настигает гораздо чаще, чем извне.

  • Страут, Элизабет (1956 -). И снова Оливия / Элизабет Страут ; перевод с английского Елены Полецкой. — Москва : Фантом Пресс, 2019. — 413, [1] с. ; 21 см. — На обложке : Лауреат Пулитцеровской премии. — 16+. — ISBN 978-5-86471-837-7

Новый сборник рассказов про Оливию пулитцеровского лауреата Элизабет Страут (премия получена как раз «Оливию Киттеридж») — это настоящая энциклопедия чувств, радостей и бед современного человека.

Оливия пытается понять не только себя, свои поступки, свои чувства, но и все, что происходит вокруг нее, жизнь людей, что попадаются ей на пути. Будь то девочка-подросток, переживающая потерю отца и осознающая свою сексуальность; или молодая женщина, которая собралась рожать в разгар праздника; или немолодой мужчина, который не разговаривал с женой целых тридцать лет и вдруг узнавший невероятное о своей дочери; или собственный сын, который не понимает ее.

Колючая, резкая, стойкая к переменам, безжалостно честная и чуткая, Оливия Киттеридж — воплощение жизненной силы. Она, с ее невероятным чувством юмора, смешит, пугает, трогает, вдохновляет. В современной мировой литературе не так много героев столь ярких и столь значительных.

  1. Страут, Элизабет (1956-). Оливия Киттеридж = Olive Kitteridge : [роман] / Элизабет Страут; перевод с английского Евгении Канищевой. — Москва : Фантом Пресс, 2020. — 414, [1] с. ; 21 см. — (Пулитцеровская премия 2008). — 16+. — ISBN 978-5-86471-851-3 (это не новинка размещена здесь ради продолжения (2019) «И снова Оливия»)

Знаменитая «Оливия Киттеридж» в новом переводе. За эту книгу Элизабет Страут получила Пулитцеровскую премию, итальянскую премию Premio Bancarella Prize, а также стала финалистом National Book Critics Circle Award.

Истории, которые наблюдает или проживает Оливия Киттеридж, сплетаются в замысловатый сюжет из жизни крошечного городка. Оливия — резкая, сумасбродная, сильная и хрупкая, одинокая и любимая женщина, из тех, что живут рядом с каждым из нас… Но только Оливия способна увидеть то, что прячется под покровом обыденности, те глубокие течения, что управляют людьми, их чувствами и судьбами. Оливия точно знает, как надо жить, или думает, что знает.

Книга, после которой начинаешь ценить тех, кто рядом с тобой, — родных, друзей и даже недругов.

  • Чон Ючжон, (1966-). Семилетняя ночь / Ючжон Чон ; перевод с корейского А. В. Погадаевой, Чун Ин Сун. — Москва : АСТ, 2019. — 526, [2] с. ; 22 см. — (К-Триллер). — 18+. — ISBN 978-5-17-111189-2

«Семилетняя ночь» рассказывает историю молодого человека по имени Совон, который пытается разобраться в событиях одной роковой ночи, произошедшей семь лет назад. Хёнсу, отец Совона, — в прошлом успешный игрок популярной бейсбольной команды, на чьей карьере поставило крест тяжелое неврологическое заболевание. В ту ночь он, находясь в состоянии опьянения — а он выпивает постоянно, — возвращаясь домой, сбивает на машине маленькую девочку. Погружаясь с каждым днем все глубже в алкогольный дурман, чтобы попытаться забыть об этой драме и своей загубленной жизни, он будет вынужден все-таки противостоять угрозе: его сына преследует отец погибшей девочки — человек жестокий и развращенный, обуреваемый жаждой мести… Это дуэль между двумя мужчинами, показанная в лучших традициях триллера, – жанра, который принес международную известность корейскому кинематографу.

Благодаря резким сменам планов, чередованию света и тьмы перед нами раскрываются личности двух отцов: каждый из них поочередно становится то палачом, то жертвой, пребывая в состоянии крайнего напряжения. В стремительном ритме, от которого перехватывает дыхание, автор романа Чон Ючжон подводит читателя к неожиданной развязке, завершая эту страшную ночь, продлившуюся целых семь лет.

Роман Чон Ючжон «Семилетняя ночь» — мировой бестселлер и одно из самых популярных её произведений. Сюжет романа также лёг в основу фильма — остросюжетного триллера, получившего международное признание.

Рецензия:

Маньяк не всегда тот, кто изобличён…

«Семилетняя ночь» Чон Ючжон — повествование очень и очень многоплановое. Обидчики, жертвы, сочувствующие, слово будет дано писательницей каждому. И каждый раскроет себя и причину своего личного НЕсчастья, ибо счастливых в романе нет. В этом смысле, обобщу, азиаты вообще убедительнее прочих, они резко и в лоб заявляют: счастья нет. И очень четко, предельно аргументированно это доказывают. А факты – вещь упрямая.

Перед читателем очень сильная семейная и социальная драма. Думаю, главным стоит назначить ответ на вопрос: Случайность – частный случай закономерности? Автор подводит нас к тому, что так и есть. Однако, предположу, я могу оказаться не одинокой в том, что откажусь этот посыл принять.

Чхве Хёнсу, бывший спортсмен, ныне спивающийся неудачник, нелюбимый муж, но любящий отец, в одну роковую ночь, пребывая, по традиции, в нетрезвом состоянии, сбивает на лесной дороге девочку… Несколько позже этот же мужчина будет объявлен маньяком, лишившим жизни троих человек, чудом не добравшимся до собственного сына и, намеренно открыв ворота водяной дамбы, утопившим целую деревню вместе с сотней мирно спавших жителей. Чон Ючжон далее расскажет, что именно из этого правда, а что нет, попутно предоставив, как мне показалось, читателю возможность самостоятельно назначить истинного маньяка.

И я выбрала другого персонажа. При этом внимательно выслушала все доводы о том, что бедолага Хёнсу – псих, анамнез которого отягощён детской травмой, по характеру он — слабак, потому никак иначе он закончить просто не мог. Дорожное происшествие – логичный финал. И, тем не менее, я выбрала другого, а Хёнсу вызывал на всём протяжении рассказываемой истории жалость и снова жалость. А ведь убийца стольких людей, по меньшей мере, должен был бы вызывать, допустим, презрение или злость. Так вот, это не про него.  Ненависть и желание раздавить как падаль вызывал совсем другой персонаж. Тоже, кстати, отец. Отец сбитой девочки. Вот уж кто редкая мразь, вот уж кто настоящий психопат, вот уж кто истинно опасен, потому что исключительно умён.

Главным героем драмы писательница вывела сына Хёнсу – Совона. Это именно он переживает семилетнюю ночь после трагедии, которую, как мальчик считает, устроил его боготворимый папа. И ночь закончится лишь тогда, когда выросший Совон узнает, что отец, безусловно, виновен, казнён будет заслуженно, но личная трагедия мальчика началась раньше. А именно в день, когда семья приехала жить на озеро, и пути её и О Ёнчже роковым образом пересеклись.

Если подумать, на основании изображённого автором, свою 12-ти летнюю ночь переживала Серён, на протяжении всей своей жизни подвергавшаяся побоям, насилию и  унижениям, уродуемая собственным психопатом-отцом. Вот, честное слово, не услугу ли оказал ей несчастный пьяница, иначе однажды её убил бы отец?.. Потому что да, я не увидела в О Ёнчже убитого горем папочку, рвущегося покарать преступника самолично. Скорее, крышу сорвало ему от того, что у него столь бесцеремонно отняли последнюю после сбежавшей жены жертву, а садисту она жизненно необходима! И именно своя, в семье, чтоб за закрытыми дверями респектабельности, а ребёнку в этом гнилом обществе, пикни она, всё равно не поверят.

Поразительно, какую бурю эмоций вызывают подчёркнуто безэмоциональные герои этой истории! А всё потому, что каждый из них, даже самый эпизодический, безупречно выписан. Из их рассказов и поступков в гораздо большей степени, чем из их описания автором, складывается мозаика личных несчастий любого из них.

Чудовищно, когда заложниками пороков взрослых становятся безвинные дети. Страшно, когда от безгрешного подростка, у которого и так-то мир рухнул в одночасье, отворачиваются буквально все, а через одного – травят. А неравнодушным и единственным протянувшим руку помощи оказывается посторонний человек – сосед, который и знаком-то с ребёнком был пару недель всего. Как несправедливо, когда искренне желаешь  конкретное и простое (семейный уют, например), а получаешь невыносимое и сложное.

Считаю несомненным плюсом, как бы избито не прозвучало, если произведение атмосферно. А «Семилетняя ночь», без сомнения, такова. Лес, побережья, тесные жилища. А ещё много ночи, много дождя, вообще много воды. Читая рецензии на эту книгу, запомнилось определение «синяя бездна». Вот, пожалуй, очень точно. Представляете, каково это, жить на краю бездны? Отстранённой, равнодушной, опасной?

Роман очень суров и беспросветен по наполнению, просто на пределе. Но читается при этом легко, он необъяснимо затягивает, без видимых усилий подспудно забирает в плен. И запоминается надолго, что уже показатель глубокого его качества. Я прочитала эту историю где-то с полгода назад, но подбирая сегодня книги для рецензирования, вспомнила именно её, причём сразу, значит, драма не влетела и вылетела, а опустилась и осталась со мной. И осталась, к счастью, не настроением тяжести, мрачности, безысходности, а всё-таки рассветом, сменившим, наконец, долгую-долгую ночь юного Совона.

  • Элтон, Бен. Кризис самоопределения = Identiny crisis : [роман] / Бен Элтон ; перевод с английского Шаши Мартыновой. — Москва : Фантом Пресс, 2020. — 454 с. ; 22 см. — Загл. и авт. ориг.: Two brothers / Ben Elton. -Содержит нецензурную брань. — 18+. — ISBN 978-5-86471-844-5

Бен Элтон возвращается, и опять в своем несравненном амплуа сатирика с кинематографическим зрением. Его новая книга — бескомпромиссный роман об «эпохе оскорбленных», в которую мы живем. Мы и не заметили, как миллионы людей начали круглосуточно выяснять отношения, обижаться на то и на это, оскорбляться по поводу, без повода и просто для удовольствия. В социальных сетях нынче сплошное кровопролитие. Сдвинув время всего на несколько лет вперед, Элтон моделирует возможное развитие событий в Британии в ближайшем будущем, и по его версии, кровопролитие запросто может выплеснуться из проводов на тротуары.

Скотленд-Ярд, референдум по выходу Англии из состава Королевства, международные махинации и вмешательства в дела суверенных демократий, все цвета спектра гендерной радуги, metoo, убийства, самоубийства, интернет, телевидение — вот лишь немногие хештеги, по которым запомнится этот роман.

Элтон не дает пощады лицемерам всех мастей, которые, похоже, захватили политику, социальные сети, СМИ и шоу-бизнес.

Иллюстрация: Евдокия Гасумян